Мир глазами животных: как они видят окружающие объекты

Изображение
Среда, 27 Мая 2020 21:38
[/i] Фото из открытых источников
Несомненно, многим интересно знать, как видят окружающий мир животные.  Благодаря тому, что зрение у живых существ значительно отличаются в зависимости от вида, значит и воспринимают картинку они по разному. Вот как видят действительность некоторые из них.

Кошка. Ее мир достаточно красочный, так как все окрашено в зелёные, серые и голубые тона. Хуже всего она видит лиловый и желтый. Легко осваивается в темноте, несмотря на то, что все объекты у нее немного размыты.

Змея. Глаза все время покрываются оболочкой, поэтому змея все видит нечетко. При этом она обладает уникальной способностью улавливать инфракрасное излучение. Благодаря этому во время охоты змея легко находит свою добычу.

Собака. Не способна отличить разницу между желто-зеленым и оранжево-красным, из-за того, что не воспринимает эти оттенки. Синие цвета она видит белыми, но различает всю гамму серого. Может легко ориентироваться ночью за счет острого зрения.

Воробей. В его г…

Непарные. Кто выбирает осознанное одиночество и почему этих людей все больше

Непарные. Кто выбирает осознанное одиночество и почему этих людей все больше

фото: womanhit.ru
На днях британская актриса Эмма Уотсон заявила, что не слишком переживает из-за отсутствия постоянного партнера, ведь она находится в отношениях с самой собой. Термин self-partnered, который использовала звезда «Гарри Поттера», вызвал серьезные этические дискуссии и побудил прогрессивную западную прессу искать синонимы слова «одиночество»; в России же стали сочувствовать Гермионе: как так, 30 лет, а мужа нет. По просьбе Esquire Андрей Подшибякин объясняет, почему наше консервативное общество по-прежнему не верит в способность одиноких людей быть счастливыми и полноценными без пары. Несколько дней назад актриса Эмма Уотсон, многим известная как Гермиона Грейнджер, сделала сенсационное заявление: оказывается, она не испытывает потребности в отношениях и счастлива сама с собой (Уотсон использовала неологизм self-partnered — «самопартнерство»). Вскоре похожим образом высказались Селена Гомес и Ариана Гранде, а англоязычные СМИ принялись исследовать феномен «осознанного одиночества», стараясь при этом избегать слова «одиночество» и сопутствующей ему стигматизации. Vogue пишет, что процесс этот в целом положительный: селебрити-культура в ее современном виде считает женщину, какой бы популярной она ни была и сколько бы денег ни зарабатывала, довеском к мужу/бойфренду. В пример приводится Дженнифер Энистон — два года как не в отношениях, но всему миру по-прежнему известная в основном как «бывшая Брэда Питта и Джастина Теру». Неизвестно, что думает по этому поводу сама Энистон, но Селена Гомес прямым текстом говорит, что ей надоело быть «бывшей Джастина Бибера», а не «одной из популярнейший поп-певиц нашего времени». Возможно, вы сейчас снисходительно улыбаетесь девичьим проблемам такого рода; попробуйте вместо этого сделать простое умственное упражнение. Представьте, что ваши коллеги, друзья и просто малознакомые люди знают вас в первую очередь как «позапрошлого бывшего Светки из Питера». Сосчитайте, сколько дней вам в таких обстоятельствах понадобится, чтобы сойти с ума. Понятно, что магистральные для сегодняшнего Голливуда идеи равенства полов и независимости женщин от мужчин, отношений, ожиданий социума и вообще от чего бы то ни было находят неполное понимание в, так сказать, патриархальных обществах. Одна из первых ссылок в «Яндексе» по запросу «Эмма Уотсон одиночество» выдает заголовок «Уотсон переживает, что встретит тридцатилетие без мужчины»; комментаторы сходятся во мнении, что бедняжке засрали мозг противники семейных ценностей и ее необходимо срочно спасать. Реакция вполне ожидаемая: в России даже на семантическом уровне веками подчеркивалась некоторая неполноценность людей без пары — в том числе мужчин, которым всегда можно было что угодно. «Бобыль», «холостой» (то есть не боевой), «бессемейный» — здесь звучит снисходительная жалость. Дефинитивы женского одиночества имеют намного более истерический и обличительный характер: она и «старая дева» (старость, кажется, наступает примерно после 25 лет), и в то же самое время «в девках», и даже «вековуха». Слово «самодостаточность», явно имевшееся в виду Эммой Уотсон под «самопартнерством», воспринимается как блажь: часики-то тикают. Поколения наших предков ссорились и воевали по широкому кругу вопросов, но сходились, кажется, в одном: человек без пары должен поскорее эту пару себе найти и нарожать побольше крепышей, иначе жизнь пройдет мимо. Что самое интересное, такой подход к концепции семьи был полностью исторически оправдан вплоть до самого недавнего времени. Мировые войны и сопутствующая им скачкообразная убыль населения, жесткое разделение труда в аграрных обществах и чуть менее жесткое, но все равно ярко выраженное разделение труда в индустриальной экономике — эти и многие другие факторы требовали от человечества как вида относиться к семье и воспроизводству максимально серьезно. Стратегия выживания, выработанная еще сотни тысяч лет назад, прекрасно работала вплоть до конца XX века, после чего вдруг резко утратила актуальность. Причин этому много, и почти все они изложены в трудах популярного социолога Ноя Харрари: коротко говоря, с современным развитием технологий, почти вековым периодом без глобальной войны, накопленной мощью мировой экономики и другими факторами нам впервые в истории вида homo sapiens не нужно выживать — можно просто жить и получать от этого процесса удовольствие. Семья как социальный конструкт, с сопутствующими ей гласными и негласными обязательствами и кульминацией в виде деторождения, перестала быть гарантией передачи генетического материала потомкам. В смысле, не перестала, но потомки еще когда будут, а у нас тут новые «Звездные войны», Tinder с сексом без обязательств и Таиланд на Новый год. Семья в традиционном ее понимании в таких обстоятельствах кажется (и является) обременением, а высказывания Эммы Уотсон и Селены Гомес — не такими уж и еретическими. Следует еще учесть, что, несмотря на все коммуникации, интернет и Tinder, второе десятилетие XXI века является эпохой тотального индивидуализма и, да, самодостаточности. Развлечения, предусматривающие физический сбор большого количества человек в одном месте, становятся из мейнстрима экзотикой; «работа в коллективе» де-факто почти всегда является работой в одиночку перед монитором; сама концепция работы перевернулась с ног на голову — впервые в истории человечества вы можете зарабатывать больше и жить лучше, пару часов в день нажимая кнопки, а не вкалывая в три смены на заводе. Семья и, шире, «отношения» подразумевают в теории взаимопонимание, а на практике чаще всего диктат одного из их участников: «вместо футбола едем к маме», «место женщины у плиты» и другие стереотипы подобного рода. Но сегодняшние мы ненавидим диктат (и вообще любую форму офлайновой конфронтации) и не готовы эмоционально вкладываться во взаимопонимание — лучше уж мы будем строить свою жизнь самостоятельно. Или, как выражается Уотсон, в «самопартнерстве» — «самопартнер» точно не будет возражать против суши четыре дня в неделю или спонтанного вторничного вечера в ванне с бутылкой пино-нуар. И уж точно «самопартнер» не будет пилить нас из-за эсхатологического бодуна, а нальет вместо этого компота и включит по телевизору Шварценеггера. Впрочем, у концепции личной самодостаточности и отношений с самим (самой) собой есть один опасный враг. Этот враг — человек противоположного пола, полностью разделяющий ваши пристрастия к суши, пино, бодуну и даже «Звездным войнам». Таких людей мало — кажется, по одному на миллиард. И если вам вдруг повезет встретиться, то концепция осознанного одиночества незамедлительно отправится на помойку, а семья в самом старорежимном понимании этого термина начнет казаться не такой уж плохой идеей. Но если не встретится, то и хрен с ним (ней) — и так хорошо.
В новостях упоминалось:
Интернет
Отношения
СМИ

Ежедневник

Источник

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Мир глазами животных: как они видят окружающие объекты

Четыре варианта для Молотова без Риббентропа: была ли альтернатива договору о ненападении между СССР и Германией?

Геннадий Давыдько: В интернет нужно пускать по отпечаткам пальцев

В ВОЗ заявили, что мир пока находится в середине первой волны пандемии

Потускневшее обаяние Запада